Мусульманcкое меньшинство Северной Осетии остается между двух огней

ПРАГА, 12 марта, Caucasus Times.  В среднесрочной перспективе мусульмане в Осетии останутся между двух условных огней: – между недоверием внутреннего осетинского большинства и радикалистской претензией извне к их государственной и этнической лояльности.  Так считает эксперт по социологии конфликта и политической картографии Северного Кавказа Артур Цуциев.

 

 «Меняется конфессиональная структура самого осетинского населения: ранее советски-несущественные вероисповедные различия в малорелигиозной осетинской среде, объединенной своей национальной культурной традицией и лишь поверхностно, номинально разделяемой православием и исламом, в настоящее время претерпевают процесс разворачивания в некие важные идентификационные критерии», — рассказывает в интервью Caucasus Times Артур Цуциев.

 

По его словам, среди былых осетинских условно христиан возникла сильная православная община (которая даже не сводится только к пастве, окормляемой Владикавазской и Аланской епархией Русской православной церкви). Среди былых осетинских номинальных мусульман – сильная мусульманская община.

 

«Иначе говоря, внутри номинальных категорий осетинских христиан и мусульман активно прорастают, оформляются жестко осознающие свое конфессиональное различие общины, группы, деятельность которых иногда начинает восприниматься со стороны более широкой общественности в республике с явной тревогой. Как признак не столько многоконфессиональности и богатства Северной Осетии, сколько симптом возможного «цивилизационного раскола» внутри самого осетинского общества», — поясняет эксперт.

 

По его мнению, это неизбежно выводит проблематику межконфессионального диалога в республике на уровень новых, более высоких требований к его участникам (требований,  связанных не только с политкорректностью, но с необходимостью налаживания заново такого типа отношений между конфессиями в Осетии, которые бы надежно помогали отразить угрозу якобы доктринальных,  ценностных конфликтов в республике).  

 

«Если православие воспринимается средним наблюдателем в республике как фактор укрепления российской государственности и усиления связи Осетии с Россией в целом, то расширение влиятельности ислама — как фактор усиления угроз, связанных с кризисом российской государственности и возможным ростом влияния на ситуацию в Осетии религиозных экстремистов извне», —  отмечает Артур Цуциев

 

 

Эксперт подчеркнул, что   в целом, активностью Духовного управления мусульман Северной Осетии удается не допускать выталкивания общины в состояние «внутренних изгоев», ищущих и опирающихся на поддержку (и влияние) извне республики. Однако проблемой для конструктивного развития ислама в республике останутся, помимо отмеченной выше атмосферы внутреннего недоверия со стороны большинства, — объективно ограниченные возможности Духовного управления мусульман полностью исключить каналы инфильтрации в Осетию радикального доктринерства, принимающего на себя исламское конфессиональное облачение.

 

«В среднесрочной перспективе мусульмане в Осетии останутся между двух этих условных огней – между недоверием внутреннего осетинского большинства (не говоря об особом внимании спецслужб) и, с другой стороны, — радикалистской претензией извне к их государственной и этнической лояльности», — заявил ученный.

 

Справка: Доля мусульман среди осетин составляет около 15 %^[7]По оценке бывшего муфтия Северной Осетии Дзанхота-хаджи Хекилаева, до Октябрьской революции мусульмане составляли до 40 % от общего числа верующих в Осетии. К 1910 году на территории Северной Осетии действовало 35 мечетей^[12]. В советское время практически все мечети были закрыты или переоборудованы в другие социальные объекты. Некоторые мечети были разрушены.