Руслан Кутаев о пользе переговоров между Чечней и Ингушетией
Прага, 19 мая, Caucasus Times. В начале мая 2021 года сопредседатели движения Мехк Кхел Муса Албогачиев и Сараждин Султыгов, а также председатель Ингушского национального конгресса Даут Хучиев, начали переговоры с председателем парламента Чечни Магомедом Даудовым по наболевшему территориальному спору между Чечней и Ингушетией. Напомним, что сам территориальный спор был спровоцирован соглашением по установлению границы между Ингушетией и Чечней, инициированным властями Чечни в 2018 году.
Однако едва начавшись, диалог между председателем парламента Чечни и ингушскими общественными деятелями был прерван чеченской стороной. Сделано это было после того, как во время переговоров, в пику наладившемуся диалогу, в адрес чеченского руководства нелицеприятно высказался известный ингушский оппозиционер Магомед Хазбиев. В своем обращении Хазбиев обвинил ингушских переговорщиков в недальновидности и подверг резкой критике чеченское руководство. О причинах территориального спора и о необходимости диалога между чеченцами ингушами в интервью Caucasus Times рассказывает чеченский общественный деятель, президент Ассамблеи народов Кавказа Руслан Кутаев
Caucasus Times: Как Вы оцениваете переговоры между чеченскими общественными деятелями и руководством Чечни по территориальному спору?
Руслан Кутаев: В любом случае, в любой спорной ситуации — диалог двух сторон — это хорошо. А здесь два серьезных института: с чеченской стороны председатель чеченского парламента Магомед Даудов, и с другой стороны это сопредседатели Мехк-Кхел Сараждин Султыгов и Муса Албогачиев. Я считаю, что любые переговоры убирают моменты спекуляций. А спекулируют, как правило, проходимцы, люди, которые хотят создать ситуации, которые были бы неприятны обеим сторонам. И поэтому я приветствую любые контакты, в том числе и состоявшийся контакт между Даудовым с одной стороны и Султыговым и Албогачиевым, с другой, и их переговоры.
Caucasus Times: Как известно переговоры были приостановлены чеченской стороной. Сделано то было после того, как один из ингушских оппозиционеров Магомед Хазбиев выступил с критикой в адрес чеченского руководства. На Ваш взгляд это случайность или все же намеренная провокация, направленная на срыв переговоров?
Руслан Кутаев: Чеченские власти я мог бы критиковать похлеще, чем это делает Хазбиев. Мы с ним не друзья, но по крайней мере, я его знаю. Я у Хазбиева один раз был и дома, он мне казался человеком адекватным. Но это его заявление меня напрягло в том плане, что здесь все что было сказано, и о чеченцах и чеченском руководстве, как мне кажется, его целью было не столько что-то сказать про чеченцев и чеченское правительство, сколько, как мне показалось, Хазбиева где-то задел этот контакт, который начал ингушский Мехк-Кхел, как один из общественных влиятельных ингушских институтов. И, по крайней мере, в пику, чтобы показать, что то, что они делают, не является положительным и не принесет пользу. Для того, чтобы оформить этот посыл, он вокруг этого, все это и наговорил.
И еще раз повторю, относясь к Хазбиеву положительно, он и в Ингушетии против произвола и коррупции он последовательно вел борьбу и был наказан. И это его поведение в отношении чеченских властей, с которыми он дружил, у которых он жил у которых он нашел приют это, конечно, немножко не укладывается в чечено-ингушском понимании.
Я сейчас не даю качественную оценку слов Хазбиева. Но Хазбиев гостил у них, они его одевали. Сегодняшние чеченские власти ему давали кров, и неплохо он там жил. Защита у него была, и это немножко не по-кавказски. Это всех напрягло и удивило.
Caucasus Times: Территориальный спор консолидировал чеченцев. Вы не считаете, что этот конфликт на руку чеченскому руководству?
Руслан Кутаев: Чеченское общество отличается от русского тем, что мы пытаемся найти виновника, человека, совершившего преступление. Я еще в 2018 году говорил, что не Кадыров и не Евкуров принял это решение по земле. Это установка, спущенная Кремлем. Кадастровые границы определили, и спустили эту установку. Это специально был спровоцирован конфликт. Ингуши, конечно, на него повелись. Ни в Чечне, ни в Ингушетии, ни вообще, на Кавказе никто не принимал решения. Это жесткая путинская вертикаль, где управляют только те, кто подчиняется этой вертикали. Им была спущена установка, они ее выполняли. Ингушские и чеченские общества – тейповые. Мы знаем, где наши наделы. Мы знаем, где у какого тейпа проходит надел. Я убежден, что в дальнейшем все будет по справедливости. Федеральная власть, Кремль устроили земельный конфликт дагестанцев и ингушей с чеченцами. Давайте честно говорить, кто хозяин? Кремль. Кремль спустил эту установку, и чеченцы и ингуши эту установку выполнили. А то, что сейчас чеченцы и ингуши говорят и встречаются, я приветствую. И мыслящие люди должны собраться и не должны ругаться и клеветать и пакости говорить. А сесть и разобраться.
