Ухо вождя
ПРАГА, 8 ноября, Caucasus Times. В Москве – ГКЧП, Горбачев – в Форосе, в Грозном – революция. …В захваченном логове чеченского КГБ продолжал оставаться и любезно ухаживать за группой ополчения генерал Игорь Кочубей. Подавая на серебряном блюдце хлеб-чай и, используя момент, он уговаривает ребят добровольно покинуть здание КГБ. Направляемая духом свободы толпа побежала валить бронзового Ленина, что стоял в центре города.
Тянул-тянул бульдозер тросом Ильича и вытянул, да сапог один на постаменте оставил. Так и проторчал сапог вплоть до войны. А вождь тут же был отволочен на триста метров в сторону поймы реки Сунжи и остался он валяться на речном мелководье.
Мы, борцы чеченской революции, я и два моих односельчанина, долго искали, чем же изъять себе из Ленина что-нибудь на сувениры. Кто-то нашел старый напильник. Каждый отпилил себе по кусочку истории, а я – ухо, кусок бронзы граммов эдак на 300.
До сих пор для меня самого остаётся загадкой почему именно ухо? Почему не палец или нос?
Как бы то ни было я изъял его из бронзового тела, поволок домой и спрятал.
Еще некоторое время люди проявляли интерес к бронзовому телу, делали семейные фото на фоне низвергнутого вождя. И потихоньку интерес к нему иссяк.
Той же осенью 91-го меня приняли в пресс-секретари Ичкерийского парламента. А бронзовый Ленин с пробитой головой, без сапога и без одного уха все еще валялся в Сунже, неделя от недели зеленея от влаги.
Так продолжалось до конца осени. Пока в один из будних осенних дней о его существовании мне напомнил молодой человек, который заявился ко мне на работу с неожиданным для меня заявлением.
Не тратя времени на традиционные вопросы о здоровье и делах предприимчивый молодой человек отвел меня в сторону и показывая какие-то договора заявил: — «Я пришел за ним».
Я оторопел, спрашиваю: «За кем?!» “Того, что в пойме речки валяется, ты знаешь о ком идет речь”, — кинул он мне хитроумно прищурившись. «У нас уже и покупатель есть в России. Платят наличкой, как за драгметалл. Дело остается за малым: нужно разрешение высшего руководства»
Речь шла о председателе парламента Хусейна Ахмадова.
«Мне сказали, что ты можешь его уговорить. Что добру зря пропадать. А так от него польза будет, я часть денег решил отдать садику», — заявил он мне и заручившись мое поддержкой удалился.
Со спикером разговор был коротким. «Да пусть куда хочет продает, лишь бы с глаз долой этого вурдалака!», — ответил мне Ахмадов.
Спустя некоторое время за телом вождя вернулся предприимчивый молодой человек и получив, ожидаемый ответ, уволок статую в известном направлении. Так бронзового вождя отправили туда откуда он приехал много лет тому назад.
И больше в Чечне его никто не видел. А его ухо еще несколько лет хранилось у меня на балконе, напоминая мне об ушедшей в небытие эпохе. …Потом началась война. Мою пятиэтажку в Грозном разбомбили в пыль. А вместе с ней оказалось погребённым и ухо бронзового Ленина.
Магомед Терский, бывший пресс- секретарь парламента Ичкерии
