Не «квартирный вопрос» поссорил Москву и Сухум
СУХУМ, 7 сентября, Caucasus Times — В Абхазии продолжают обсуждать предложенный российской стороной план по возвращению имущества граждан России.
Между тем, обсуждение Концепции возврата находящегося в Абхазии имущества граждан России — лишь один из эпизодов противоречий между интересами Сухума и Москвы.
За полтора года до этого абхазская оппозиция оспорила планы реализации крупных экономических проектов – добычи нефти и передачи железной дороги в управление Российских железных дорог.
Реализация соглашений с Россией о военных базах, скорее всего, также станет причиной для споров.
Жилищные споры – самая острая тема в сегодняшней Абхазии. От них никуда не деться потому, что, начиная с первых же дней войны в 1992 году, шли волны переселения людей. Сначала от войны бежало русскоязычное и абхазское население, потом грузинское, потом, уже после войны, люди ехали из деревень в города, потом возвращались беженцы.
Поэтому сегодня ответить на вопрос, чей это дом, трудно даже тем, кто в нем живет.
Тема жилищных споров пересекла границу Абхазии после того, как в российской прессе появились статьи об экспроприации недвижимости российских граждан.
Концепция возврата недвижимости, подготовленная российским министерством иностранных дел, вполне адекватна, однако, она далека от абхазских реалий.
А реалии в том, что в Абхазии постарались законодательно решить эту проблему. Теперь, согласно местным законам, существует 10-летний ценз для фактических владельцев жилья. То есть, если человек в течение десяти лет реально живет в доме, платит налоги, восстанавливает и ремонтирует жилище, то по истечению этого срока, в случае, если прежний владелец в течение десяти лет не заявил о своих правах на недвижимость, новый владелец имеет право узаконить свой статус.
Таким нехитрым образом вся спорная недвижимость, с точки зрения абхазских законов, перестала быть спорной. Для страны, увязшей в жилищных спорах, это выход. Для бывших собственников – варварство.
Российский проект Концепции возвращает в Абхазию большую часть грузинских беженцев, имеющих гражданство РФ. В Абхазии к такому повороту событий не готовы. Итогом претворения Концепции в жизнь станет серьезное внутреннее противостояние. К этому в Абхазии тоже не готовы.
Поэтому власти Абхазии, отказавшись от Концепции, действовали в соответствии с интересами своей страны.
Но они ничего не предложили взамен.
Президент Сергей Багапш часто повторяет, что его стране придется считаться с международным правом и адаптироваться к принятым в международном сообществе правилам игры.
Но сам официальный Сухум пока не предложил модели, на основе которой можно было бы совместить абхазские реалии и внешние интересы. Это не получается даже сейчас, когда все международное сообщество для Абхазии ограничивается только Россией.
Наверняка, если бы автором Концепции по урегулированию жилищных вопросов был МИД Абхазии, а не России, то в ней была бы предложена некая другая модель решения, нежели попытка механически вернуть все в состояние 1992 года.
И это не последний эпизод российско-абхазских противоречий. Соглашение о российских военных базах должно быть ратифицировано абхазским парламентом этой осенью. Проект этого соглашения уже пришел из Москвы. Однако в Сухуме о нем заговорят, когда он появится в местной газете «Нужная», с которой начинаются все скандалы в Абхазии.
В числе сложных вопросов — земли на берегу моря, на которых разместятся военные базы, и их статус.
Между тем, официальный Сухум не торопится с ответом. С каждым годом Абхазия становится все более сложным партнером для Кремля. Хотя Москве никто не обещал, что все будет легко.
